Украина в огне. Кем он был, генерал Кульчицкий?

В гражданской войне, развязанной на юго-востоке Украины киевской хунтой, с обеих сторон погибли уже сотни людей. Среди них – украинцы и русские, профессиональные военные и боевики, ополченцы и мирные жители – старики, женщины, дети. И даже один генерал.

Мы могли никогда не узнать о нем, если бы 28 мая над Славянском ополченцами самопровозглашенной Донецкой народной республики не был сбит вертолет Ми-8 с солдатами украинской нацгвардии и этим самым генералом на борту. Новость оказалась сенсацией как для Украины, так и для России. Украину потряс сам факт гибели высокопоставленного военного – впервые за время вооруженного противостояния Киева и Донбасса. Россию же потрясла не столько смерть (на войне – как на войне), сколько жизнь генерала, чья биография оказалась тесно связанной с нашей страной и нашей армией, а главное – его высказывания, сделанные незадолго до смерти и содержавшие откровенно террористические угрозы в адрес России.

Как это может быть, чтобы выпускник Уссурийского суворовского училища и Дальневосточного высшего командного училища им. Рокоссовского, бывший советский офицер стал… врагом, публично пообещавшим России: «будем взрывать ваши вокзалы… отравлять вам колодцы… хладнокровно вас убивать: мирное население, немирное…» Особенно взволновал этот вопрос сообщество российских кадет, что и понятно, ведь кто-кто, а кадеты ревностно берегут чистоту своих рядов, честь своих мундиров, свято дорожат своим кадетским братством. Как же могло случиться, чтобы кадет…

Давайте разбираться, благо, для этого у нас есть материал, что называется, из первых рук – интервью корреспондентки журнала «Русский репортер», взятое ею у неназванного украинского генерала за два месяца до его бесславной гибели. Сразу же после случившегося журнал раскрыл инкогнито: генерала звали Сергей Кульчицкий.

Это интервью оставляет странное впечатление. В нем нарушены все законы жанра. Не журналистка искала встречи с «героем», о существовании которого и знать не знала, а сам он пожелал встретиться и даже послал за ней из Киева машину. Была, значит, у него какая-то потребность высказаться – то ли исповедаться, то ли что-то важное сообщить именно российской стороне. При этом скрыл свое имя, должность, назвался просто «офицером», значит, действовал по собственной инициативе, а не по поручению из Киева. В середине беседы спохватился: «Вы сейчас напишете, что я сказал, и для меня будет полный звездец. Вы можете всего этого не писать?»

Сказать он мог бы, наверное, многое, но журналистка явно не была готова к такой встрече и вопросы задавала совсем беспомощные и пустые. Да и генерал в этом странном интервью говорит путанно, невнятно, словно сам себя хочет в чем-то убедить, перед кем-то невидимым оправдаться. Вроде и храбрится, но видно, что боится чего-то… И оба старательно обходят главный вопрос: что же происходит на Украине? Это не обсуждается. Ситуация принимается как данность. И все же кое-какие «зерна», можно выудить из этого документа, чтобы понять, догадаться, что за человек был украинский генерал Сергей Кульчицкий.

Был ли он, например, убежденным украинским националистом? «Я родом из тех мест, где до пятьдесят шестого воевали. Мой дедушка отсидел восемь лет. А другой дедушка дошел до Берлина. А я всю жизнь думаю: кто из них был прав?»

Похоже, первый дедушка был из бандеровцев. В советское время внук об этом скорее всего помалкивал, а в последние годы, стал, быть может, даже гордиться. Ведь теперь бандеровщина – чуть ли не официальная идеология новой украинской власти.

Ладно, оставим национальный вопрос в стороне. Поговорим о другом. Кульчицкий – потомственный военный. Родился в 1963 году в Веймаре (ГДР), где его отец (наверняка сын того дедушки, что дошел до Берлина) служил в Западной группе войск. Суворовское окончил в 1981-м. Высшее командное – в 1985-м. Не самое лучшее время для начала военной службы, скоро все пойдет колесом и в стране, и в армии. Кульчицкий начал службу командиром взвода батальона морской пехоты на Северном флоте. «Я благодарен Советскому Союзу, что научил меня военному делу. Я был хорошим советским офицером». Тем не менее после распада СССР в России он не остался.

«В 92-м я вернулся на Украину. Я не хотел уезжать, я правда был хорошим офицером. Меня трижды посылали на получение досрочного звания, и трижды мне отказывали, потому что я украинец». Вот тут не поверю. У нас чуть не пол-армии были украинцами. «Меня спросили: «Чего ты хочешь?» Я ответил: «Я хочу домой. Туда, где мне будут присваивать звания». А вот это больше похоже на правду. Но какой солдат не мечтает стать генералом! Говорят, в лихие 90-е легче всего было сделать карьеру в новообразованных армиях бывших советских республик. Кульчицкий сделал свою карьеру в незалежной Украине. Служил в Национальной гвардии, командовал десантно-штурмовым батальоном морской пехоты. Окончил Академию обороны. Потом почему-то оказался во внутренних войсках, дослужился там до командира бригады, в 2012 г. стал начальником боевой и специальной подготовки ВВ МВД Украины, и в августе 2013 года получил, наконец, звание генерал-майора.

Момент истины наступил для генерала Кульчицкого, когда в Киеве началась очередная революция. Интересно, что на Майдане он сначала стоял на стороне законной власти (то есть Януковича), а после государственного переворота 21 февраля перешел на сторону Яценюка-Турчинова и даже стал готовить своих вчерашних противников – майдановцев к боевым действиям, отвечал за сборы и подготовку антитеррористической операции на юго-востоке. Журналистке он заявил (с вызовом!), что теперь готов, мол, хоть каждый день новую присягу давать. «Это когда я был молодым офицером, для меня такое было невозможно. А сегодня… Я уже давно не такой принципиальный. Хотите – той власти присягну. Хотите – этой. Завтра придет другая – дам присягу другой. Как это?! Вот так это!... Я военный человек. И если завтра надо будет воевать, я буду воевать».

Судя по всему, он был уверен, что едет на восток воевать с русскими, что Путин вот-вот введет на Украину свои войска. Отсюда – все эти эпатажно-жесткие заявления про «отравленные колодцы» и «взорванные вокзалы». Можно, кажется, и не принимать их всерьез. Но и недооценивать их нельзя.

Генерал Кульчицкий прекрасно знал, понимал возможности российской армии. Знал и понимал состояние, в котором находится армия украинская. «Это они с Майдана герои, но в условиях реальной войны это беспомощные дети». Он пытался научить этих «детей» военному делу, да, видно, не сильно преуспел.

Другими словами, кадровый генерал Кульчицкий отдавал себе отчет в том, на чьей стороне будет преимущество и в конечном счете победа, если дело дойдет до войны. Но и про исторический опыт бандеровцев он знал не понаслышке, отсюда – его недвусмысленное предупреждение о вероятности «подпольной террористической деятельности».

«На войне любая тактика хороша, лишь бы наши солдаты оставались живы, а ваши погибали… Я не верю, что нас будут спасать Америка, Европа или Англия, они, напротив, сделают все, чтобы мы между собой воевали. Просто я не понимаю Путина…»

Он действительно не понимал Путина, не понимал российской политики в отношении Украины, вернее, понимал ее превратно – так, как вдалбливала все последние месяцы подвластная хунте и лично Порошенко украинская пропаганда. Возможно, он действительно надеялся своими эпатажными заявлениями насчет «отравленных колодцев» кого-то в России напугать и тем самым предотвратить мифическое «российское вторжение».

В конце концов журналистка поняла, зачем он ее позвал.

«– Вы хотите через меня донести это послание до России? – Как вы догадались! Да, я хочу, чтобы вы нас боялись». Боялись как раз вот этой деморализованной, необученной, собранной с миру по нитке массы людей, которая воевать не способна, но способна «отравлять колодцы»? Возможно, в этом и был смысл анонимного «послания» генерала Кульчицкого. «Мне сейчас звонят мои… русские офицеры: «Ну, что вы там собираетесь делать?». «Да мочить вас собираемся!» Смеются: «Ну ты, брат, даешь!».

На самом деле воевать ему пришлось не с российской армией (чего он явно не хотел и боялся), а со своими же соотечественниками, с мирным населением, с местными ополченцами. В Донецкую область Кульчицкий приехал вместе с 1-м резервным батальоном, находился там больше месяца.

Значит, все, что творилось с конца апреля в Славянске и других городах Донбасса, творилось с его ведома, возможно, под его руководством. А это – никакая не антитеррористическая операция. Это – военные преступления, за которые рано или поздно приходится отвечать.

Как пишут украинские источники, в вертолете, сбитом 28 мая над Славянском, было 14 военных, летевших на ротацию тех, чья «смена» на востоке заканчивалась. «Смена» самого Кульчицкого тоже вроде заканчивалась, но домой, во Львов, где живет его семья, генерала привезли уже в цинковом гробу.

Для семьи, для Львова, для нынешней киевской власти он – герой. Для людей, живущих на юго-востоке Украины, которые каждый день хоронят своих товарищей и родных, он – военный преступник.

В интернете – множество откликов на гибель Кульчицкого, пафос которых колеблется от «Собаке – собачья смерть» до «Не он выбрал родину, не он выбрал ситуацию, не он выбрал врага».

Откликнулась на смерть генерала и та самая корреспондентка «Русского репортера» – Марина Ахмедова, которая брала у него в марте интервью. Ее эта смерть опечалила. Она тоже считает, что «генерал – человек, не имевший выбора в сложившихся обстоятельствах».

«Кульчицкий – генерал страны Украина. Страна отдала ему приказ. Он его выполнял так же, как когда-то выполняли российские военные в Чечне».

Сравнение с Чечней – главный козырь у тех из российских СМИ, которые в украинском конфликте поддерживают скорее Киев, чем Восток. Мол, если когда-то нам было можно, то теперь и им можно. Нет, все ровно наоборот: и нам было нельзя, и им нельзя. Никому нельзя бомбить мирные города, убивать свое население.

А что касается приказа, то не страна его дала, а киевская хунта. Страна – это и Одесса, и Донецк, и Луганск, и тот же Львов, которые в открытую выступили против таких приказов, да и самой хунты. Так что не надо подменять понятия. Генерал Кульчицкий, судя по всему, и с этой ситуацией смирился, стал считать возможной и допустимой войну со своим народом, готовил к ней майдановцев, сам активно в ней участвовал. И он точно знал, куда падали снаряды и какие жертвы были среди мирного населения Славянска, Краматорска, Мариуполя, про ту же Одессу все он прекрасно знал, не мог не знать.

Вот характерные комментарии из российской блогосферы:

«Выбор есть всегда! Если ты человек чести и видишь, что власть, которой ты служишь, преступна, подай в отставку!» (Наталья Филимонова).

«Он не был генералом в советское время и не стал бы им в России, за генеральским званием перешел на Украину и в милицию подался из войск за тем же званием, так делают карьеристы, им все равно, где служить, кому служить» (Maxut Duskaliyev).

«Вранье, что у этого генерала не было выбора!!! Наш крымский прокурор Наталья Поклонская после переворота заявила, что ее не устраивает новая власть, и уехала из Киева просто в никуда… У каждого есть выбор, жаль, что большинство украинских офицеров делает его в пользу своей шкуры, а не своей Родины» (Ирина Попова).

Каков же вывод из всей этой истории? Причиной причин хочется, конечно, назвать развал Союза. Не случись его, не было бы у тысяч советских военнослужащих этого мучительного выбора – между большой и малой Родиной. Не было бы столь дикого выплеска национализма в больших и малых наших республиках, на многие годы вперед подорвавшего добрые межнациональные отношения на просторах бывшего СССР. Джохар Дудаев, если помните, тоже учился в Тамбовском военном училище летчиков, в Академии им. Гагарина, в славных наших ВВС служил, звание генерал-майора имел... Что было потом, мы знаем. Судьба Дудаева, как и судьба Кульчицкого, как судьбы многих генералов и офицеров советских Вооруженных Сил сложились бы иначе, не развались наше государство в 1991-м.

И все же правы те, кто говорит, что выбор у человека есть всегда. Мы знаем это по себе, по своим друзьям-товарищам, и не только тем, что остались в России, но и многим из тех, кто оказался за ее пределами. Тысячи бывших офицеров сегодня живут небогато, но честно, многие уходили в отставку раньше срока, не дослужившись до больших звезд, не сделав карьеры, на которую были способны. Зато совесть их чиста.

Кульчицкий, судя по его высказываниям, все понимал и на все шел сознательно. Может быть потому, что в первую очередь ощущал себя украинцем, а уж потом кадетом и офицером. И свой национальный долг, как он его понимал, ставил выше долга кадета и офицера.

«Сейчас все настолько… – он задерживает дыхание, – нечестно, что погибать ради этого, может, и не стоит? Я долго думал над тем, как в Афгане большинство наших, чтобы не попасть в плен, стрелялись. Когда я был молодым, я думал, что так правильно. Но сейчас думаю: лучше бы сдавались».

Нам кажется, эта его реплика многое объясняет.

Возврат к списку